Из интервью с писателем А.Покровским

Беседовал Михаил Петров

Теперь я задам вопросы на тему политики, власти, отношений государства и народа, если вы не против?
Я уже перешел ту грань, когда меня могли наказать. Теперь меня слушают. И в буквальном смысле этого слова тоже. Мой телефон на « прослушке» в ФСБ. Я даже здороваюсь с ними: Здравствуйте, ребята! — иногда слышно, как кто-то дышит в трубку. Поздороваешься, щелчок и отключились. Мешает ли мне это? Не мешает. Говорю, что думаю.
Александр Михайлович, скажите, государство — это мы?
Государство это, прежде всего, аппарат подавления. Управляешь , — надо давить. Сначала всех выровнять, а потом лепить из этого кирпичики. Мы не государство. Но государство такое, как мы. У творческих людей всегда будет конфликт с государством, потому что оно давит.
Может быть, мы управляем страной через выборы?Или если бы они,что то меняли их бы давно отменили?
В идеале да. Но где есть этот идеал? В России? — не верю. В свободные, демократичные выборы, без манипуляций, нарушений, подтасовок, прямых фальсификаций результатов, — не верю. Может быть где-то, во Франции или в Голландии. В России нет.
Правы ли те , что выходят на улицу с «маршем несогласных»?
Марш несогласных всегда прав. Люди должны свободно выражать свои взгляды и должны устраивать шествия. Власти это неприятно, но ничего не поделать. Ей это тоже полезно. Если вокруг все только холуи, то так недолго и главное проглядеть. А так всё ясно. Другое дело, если власть хочет показать свою силу. Но показ силы всегда от страха, от слабости. Сильному не надо показывать силу. Показывают от неуверенности. Показал ,- все поняли, что ты боишься. Поняли и в другой раз придут подготовленными к применению силы. Вот и всё.
А степень этой подготовки зависит от готовящейся стороны. Но то, что применение силы породит такое же, еще более буйное применение силы — это очевидно. Это закон природы. Действие, противодействие. Его никто отменить или подменить не в силах.
А может быть правы те, что сидят в телевизоре и авторитетно нам заявляют, что эти ребята все шпионы и враги государства, отрабатывающие деньги Березовского?
Не думаю, что деньги Березовского тут играют какую-то роль. В лозунге «Деньги Березовского», на мой взгляд, больше декларации, чем дела. Те, кто говорят про это по телевизору, лукавят. Их расчет воздействовать на тех, кто не умеет или не хочет думать.
Враги ли государства эти ребята? В том виде, в котором государство существует сегодня они, безусловно, его враги. И этих врагов с каждым днем становится больше. Разгонит государство еще один марш несогласных — количество таких врагов увеличится на порядок.
Кстати о телевизоре, на первоапрельской встрече вы нелестно отозвались о российских СМИ, тогда формат встречи не позволил вам развить эту тему, хотел бы вас вернуть к этому вопросу.
Телевидение это только картинка. Причем, плоская. Там нет души. Там нет души ни в чем. Это надо знать. К этому надо быть готовым, когда вступаешь на территорию телевидения. Это технология. И там, где есть одна только технология, душу найти сложно. И потом, телевидение — это пропаганда, под видом аналитики. Может быть, кому-то это и нужно. Я не люблю пропаганду. Я до всего могу дойти своим умом. Я вижу, слышу, анализирую. Я к этому способен. И я не люблю враньё. А там даже букеты цветов, что гостям дарят, искусственные, не натуральные и за кадром у этот веник отнимают.
Телевидение это замена разума. Я же люблю свой разум. Ум человека напрямую связан со словом. Человеческий мозг обожает напрягаться и перенапрягаться. Он обожает заниматься умственной работой. В этом ему помогает книга, но только умная книга со вкусными словами. Такие книги есть. В то врем, когда их читаешь, ходишь, как окрыленный. Этих книг мало, но много и не надо. Гете говорил: «Не читайте плохих книг». Меняется вкус. То есть, замена телевидению есть — чтение, рассуждения, размышления. Не знаю, как дело обстоит сейчас, но раньше мы, молодые, обсуждали всё.
Из новостных программ смотрю только Евроньюз. Мне нравится бесстрастная подача новостей.