Тест в один присест

До вступительных экзаменов в вузы осталось чуть больше двух
недель. Одним из первых — 4 июля — начинает прием абитуриентов
самый престижный вуз страны — Московский государственный
университет. Накануне горячей экзаменационной поры, захватив из
редакции читательские письма с вопросами о тестировании и
правилах приема, наш корреспондент отправился к ректору МГУ
Виктору САДОВНИЧЕМУ.
— Виктор Антонович, многие читатели «Труда», особенно из тех
регионов, где идет эксперимент с тестированием, интересуются,
будет ли МГУ засчитывать результаты тестов в качестве
вступительных экзаменов?
— Нет. Есть опасность, что если мы будем набирать абитуриентов
только с помощью тестов, то через два месяца после начала
учебного года на таких факультетах, как механико-математический,
химический, не останется и половины студентов. Я не противник
тестирования, этот метод имеет право на жизнь, но только наряду с
другими: собеседованием, учетом аттестатов, устными и письменными
экзаменами.
Но должен разочаровать родителей: ни один репетитор не может
впрямую помочь на вступительных экзаменах, не знает ни вариантов
заданий, ни тем сочинений. Их мы отбираем с помощью лототрона
буквально за 15 минут до экзамена. Билеты вынимаю лично я и до
того времени храню в сейфе. А преподавателей, которые
подрабатывают репетитором по математике 11 класс в орехово зуево абитуриентов, мы стараемся не
допускать до приемных экзаменов. Так что не верьте никаким
объявлениям о взятках — это ложь. Все аудитории находятся под
охраной членов приемной комиссии и даже милиции, посторонним, в
том числе и сотрудникам МГУ, не занятым на экзаменах, вход
воспрещен.
— Это письмо пришло в редакцию из Кировской области от Ирины
Ушаковой: «Недавно по телевизору посмотрела документальный фильм,
суть которого в том, что именно тестирование в США привело к
появлению школ для богатых и бедных. Неужели так оно и есть?
Зачем же тогда нам брать c них пример?».
— Создатели фильма правы. Более того, в Штатах сейчас идет
серьезная дискуссия о вреде этого метода. Недавно вышла книга
американского исследователя Сакса «Стандартизованные умы», где
однозначно утверждается, что тестирование привело к расслоению,
неравенству и даже, как он пишет, к падению качества образования.
Этот «сценарий» может повториться у нас. В России, как известно,
60 процентов школ — сельские, и там не то что компьютеров,
учебников иногда не хватает. Сторонники тестирования говорят:
можно вывозить ребят в райцентры. Но одно дело — посадить за
компьютер человека, который свободно плавает в Интернете, и
совсем другое — когда он видит клавиатуру чуть ли не впервые в
жизни. Понятно, что лучшие результаты будут у того, кто с
компьютером на «ты», а ведь от этого зависит сумма, выделяемая на
обучение в вузе. Вот и получается, что часть россиян может
лишиться возможности получить высшее образование, которое станет
доступным только для избранных. Что касается второй части
вопроса, отвечу так:
тестирование могло бы в некоторых случаях учитываться как
составляющая часть целого комплекса показателей — конкурса
аттестатов, сдачи некоторых экзаменов, участия в олимпиадах. Вот,
например, наши ученые каждый год выезжают для набора абитуриентов
в провинцию и принимают у них профильные экзамены на местах.
Потом ребята едут в Москву и участвуют в испытаниях, которые
вполне можно было бы заменить тестами.
— «Слышала, что теперь в МГУ все устные экзамены заменены
письменными, это правда?» — спрашивает Жанна Меньшикова из
Балезинского района Удмуртии.
— С прошлого года мы ввели на всех факультетах письменный
экзамен по иностранному языку, расширили систему письменных
экзаменов по биологии, химии, математике, истории. В университете
появилось много новых факультетов — фундаментальной медицины,
наук о материалах, государственного управления, педагогического
образования, высшая школа бизнеса и другие. В этом году впервые
набирает студентов факультет биоинженерии и биоинформатики.
— Как изменилось в МГУ соотношение платных и бесплатных мест?
— По сравнению с началом 90-х годов количество бесплатных мест
ни на одно не уменьшилось. Как и раньше, мы принимаем на первый
курс 3 700 абитуриентов. Еще 500 берем с полупроходным баллом на
платной основе. Плюс 600 — так называемых «договорных» мест.
Таким образом, за свои деньги в МГУ учится не более 12 процентов
студентов.
— «Живу в Казахстане. По российским законам я — иностранец, но
мечтаю поступить в МГУ, где когда-то учились мои родители». — Это
письмо пришло от Джамбулата Тукаева из Астаны.
— Для нас гражданство абитуриента не имеет никакого значения.
Все — и россияне, и жители стран СНГ, дальнего зарубежья
поступают в МГУ на общих основаниях. При необходимости — получают
место в общежитии, плата за которое очень невелика, регистрацию в
Москве, стипендию. Главное — успешная сдача экзаменов.
— Газеты полны объявлений: «Помогу поступить. С гарантией», в
Интернете указаны суммы, которые надо дать «на лапу», чтобы стать
студентом МГУ. «Неужели ректор не знает о том, что его
подчиненные берут взятки? У нашего внука попросили 10 тысяч
долларов за поступление, а где их взять?» — возмущается москвичка
Антонина Николаевна Самохвалова.
— За те 20 лет, что веду прием абитуриентов, у меня не было
информации ни об одном зафиксированном или доказанном случае.
Хотя я всегда обращаюсь к поступающим и прошу их сообщать о таких
ситуациях, если они паче чаяния случаются.
— Кто же придет, если все делается с взаимной выгодой. Ну,
представьте, абитуриент вам говорит: «Я дал Иванову взятку за то,
что он исправил оценку по сочинению». Вы Иванова уволите, а
абитуриента не зачислите. Ведь так?
— Не так. Напишите в газете: я даю слово рассматривать
подобные ситуации в интересах абитуриентов. И жду их. Теперь о
суммах, которые якобы надо заплатить за поступление. Объясняю,
откуда они берутся: допустим, семья заинтересована в том, чтобы
ребенок стал студентом МГУ. Любимому чаду уже с 8 — 9 класса
нанимается репетитор, как правило, преподаватель какого-то вуза.
Ему платят деньги, замечу — немалые. Школьник, с которым так
интенсивно занимались, может поступить в университет, и все будут
довольны.

— «Мой сын хочет быть юристом и учиться только в Москве.
Говорят, на юрфак МГУ всегда бывает самый высокий конкурс, может,
не стоит и пытаться поступать туда?» — беспокоится наша
читательница из Саратова Анна Емельчук.
— В прошлом году рекордное количество заявлений было подано на
механико-математический факультет, а также на факультет
вычислительной математики и кибернетики.
— И напоследок, Виктор Антонович! Какую бы тему лично вы
предложили абитуриентам в качестве свободной, о чем хотели бы
узнать от них?
— Сейчас вообще-то абитуриентам свободных тем не предлагается,
но если бы появилась такая возможность, пожалуй, попросил бы
написать, кем они видят себя в науке. Или предложил бы разговор о
патриотизме.
В Московском университете.
— 100 лучших студентов получают ежемесячную стипендию в 5000
рублей.
— Молодой кандидат наук, подающий надежды, может рассчитывать
на особую должность в университете, которая называется «постдок»:
ему предоставляются все возможности, чтобы продолжить
исследовательскую работу.
— Есть рабфак. Обучение бесплатное. Нуждающимся
предоставляется общежитие. Из 500 слушателей на первый курс, как
правило, зачисляют около 200.
Вячеслав ЗАЙЦЕВ, модельер:
— Пожалуй, один из самых курьезных случаев произошел со мной в
конце 1958 года. В то время я был студентом факультета
прикладного искусства Московского текстильного института и в
свободное от учебы время очень увлекался художественной
самодеятельностью. Как-то на праздничном студенческом вечере я
решил показать на сцене танец умирающей змеи. Сшил костюм —
черные трусы ушил по фигуре, к ним пришил черные чулки и черную
майку. Надел на голову черный чулок с вырезанными глазами и,
довольный получившимся образом, под мелодию Сен-Санса выполз на
сцену. Вытворял что-то несусветное и вдруг упал. В момент падения
трусы оторвались от чулок, и я оказался спиной к зрителям в самом
неприглядном виде. В зале раздался жуткий хохот, крики. Я, еще
ничего не понимая и чувствуя страшную слабость, под общий смех
зала, уже не изображая, а действительно, чуть не умирая, уполз со
сцены. На будущий год Маришка, лучшая студентка нашего
факультета, расположения которой я добивался, дала согласие быть
моей женой. Думаю, что мой актерский «триумф» помог ей сделать
выбор.
Лев Дуров, актер:
В школе-студии МХАТ у нас сложилась троица: Горюнов, Анофриев
(тот самый) и я. Мне запомнился один из наших этюдов, который
назывался «В окопе». Тогда мы еще проходили этюды без слов. В
маленьком окопе три бойца. По общей договоренности я погибал
первым. Потом должен был погибать Горюнов, а Анофриев обвязывался
гранатами и бросался под танк. И вот мы начали. Но мне вдруг не
захотелось умирать. Ребята переглянулись: он живой! Снова атака.
Надо получить хотя бы легкое ранение. Я схватился за плечо, но
не «умер». Снова вступил в бой. Снова был ранен. И вдруг Анофриев
заорал Горюнову: «Пристрели его! Он же мучается!» Я понял, что
делать нечего и пора умирать. А они, поднявшись во весь рост и
обнявшись, почему-то запели: «Раскинулось море широко!» — и пошли
на танки. Со следующего дня Герасимов нам дал этюды со словами.

Запись опубликована автором в рубрике News.