О процедуре техосмотр онлайн

Из серии «Автобайки» Боря привез на дачу настоящего мента.
Боря вылез из кабины, хлопнул дверцей своего повидавшего
множество дорог и ухабов ярко-красного «Москвича» и, выпячивая,
словно бампер, благородный живот, подошел к группе товарищей.
Мент, вытянувшись, лежал в машине и, казалось, не отрывал
взгляда от «легкой» Бориной походки.
— Участкового привез? — ехидно спросил кто-то из мужиков,
намекая на недавний инцидент, когда подгулявшие соседи решили
покататься на «Ниве» и разнесли в щепки угол Бориной ограды.
— Нет, — миролюбиво замотал головой Боря. — Это мой
телохранитель.
— Давно? — спросил кто-то.
— Что давно? — переспросил Боря, догадываясь, что товарищи
желают знать, с какого времени у него работает телохранитель. Он
уже было приготовился ответить, но его опередили.
— Врать научился?
Все захохотали. Боря презрительно хмыкнул, пожал всем руки и,
развернув бампер, продефилировал к своему «Москвичу». Никто не
видел его саркастической улыбки, а он словно спиной чувствовал
завистливые взгляды группы товарищей. Понимал, что каждый из них
с трудом соображал: на какие шиши мог обзавестись личным
телохранителем обыкновенный водитель «КаМАЗа»?
О процедуре техосмотр онлайн, проводимой работниками
автомобильной полиции, часто говорят далеко не в радужных тонах.
Дескать, даже новая машина, только что сошедшая с заводского
конвейера, и та проходит технический контроль со второго, а то и
с третьего раза.
А уж те владельцы, автомобилям которых перевалило за пять лет,
вовсе не техосмотр проходят, а все круги Дантова ада.
Боже мой! Не верьте этим сплетням. Все гораздо проще и
деликатнее. Я бы не стал это утверждать, если бы не случай с
моими старыми друзьями, которые еще в период перестройки
обзавелись «семерками». Покупали они их в одном и том же
магазине, да и машины были как две капли воды похожи одна на
другую — обе баклажанового цвета, с одинаковой обшивкой салона и
даже как к дверным замкам, так и к замку зажигания одной машины
подходили ключи от другой.
Пока автомобили считались новыми, проблем с техосмотром у
друзей не было. Но прошло пять лет, каждая из «семерок» накатала
больше ста тысяч километров. Понятно, кое-что на той и на другой
постукивало, дребезжало, чихало, не мигало, а то и вовсе
отказывалось работать. И требовалась масса денег, чтобы дотянуть
машины до ума и получить талончик о пройденном техосмотре.
Боря открыл дверь со стороны представителя власти и
демонстративно склонился в почтительном поклоне:
— Прошу к месту дежурства, товарищ сержант.
Милиционер и не пошевелился. Тогда Боря, к всеобщему
удивлению, взял «телохранителя» за ухо и легко выдернул из
салона. Группа товарищей покатилась со смеху — мент был скорее
всего надувной или резиновый.
— Где ты такого откопал?
А Боря, прижав пассажира к животу, отнес к дому и установил
рядом с крылечком. Мент с подозрением уставился на группу
хохочущих товарищей. А Боря закурил и, наверное, в сотый раз
принялся рассказывать, как ему казалось, очень забавную историю.
Впрочем, история оказалась довольно-таки тривиальной и
скучной. Если не считать, что, подъехав ночью к резиновому менту,
Боря в течение пяти минут задавал ему один и тот же вопрос:
«Товарищ инспектор, дайте справку: какая дорога ведет на Уфу?»
Мент упорно молчал, а дальнобойщик Боря вежливо, но упрямо
справлялся: «Ну товарищ инспектор, подскажите, как проехать к
Уфе?» И только дотронувшись до рукава сотрудника милиции, Боря
сообразил, что мент не живой, а резиновый. Мало того, страж дорог
был привязан за ногу веревкой. Тогда резанул Боря охотничьим
ножом веревку, сцапал «игрушку» в охапку и бегом к машине.
— А для чего резиновых-то выставляют? — спросил кто-то из
группы товарищей.
— Темнота! — скривился Боря и затем, подняв вверх указательный
палец, пояснил: — Для профилактики! В Германии и Японии
существует практика выставлять на опасных участках полицейские
муляжи. Увидев мента, даже самые нерадивые водители стараются не
нарушать правил дорожного движения. Вот и наша автоинспекция
стала западный опыт перенимать! Вот, читай, тут и обо мне есть.
Боря протянул газету. Строчки были подчеркнуты оранжевым
маркером: «Несколько недель назад ГАИ Башкирии выставило на
опасных участках дорог резиновые фигуры дорожных инспекторов. Но
эксперимент закончился тем, что прошедшей ночью с трассы был
украден последний милиционер…» — А где же о тебе? — спросили
Борю.
— Так, видимо, последнего я и спер! — удивился он
непонятливости одного из группы товарищей.
Всю ночь мент стоял около Бориной калитки. Не снимая фуражки и
портупеи. За полночь с гиком и шумом по нашей улице прокатилась
на мотоциклетах группа подростков. Но больше не появлялась. Даже
коты, и те отказались от протяжных весенних завываний. На улице
стояла полная тишина…
БОРЗЫМ ЩЕНКОМ Какой-то подлец разбил у моей «девятки» заднее
стекло. Я оставил машину всего лишь на пару часов около подъезда,
в это время и произошло хулиганство. Ничего не взяли из салона —
разбили, видимо, ради ухарства.
Поделился горем на работе, и тут же мой товарищ пришел на
выручку:
— Забери вечерком у меня стекло. Как раз от «девятки».
Второй год стоит в квартире, и не знаем, как от него
избавиться.
Выбрасывать жалко, а торговать — стыдно.
Когда я собрался за «подарком», передо мной встала проблема:
что же, машина будет стоять в чужом дворе с раскрытыми окнами,
без охраны? Я был наслышан о возможностях автомобильных воров и
нисколько не сомневался в том, что пяти минут им будет
достаточно, чтобы разобрать убранство салона на запчасти.
Кинул взгляд на сына-подростка, но сразу понял, что как с
охранника толку с него будет немного.
— Собаку возьми, — посоветовала жена. — Надежнее любой
сигнализации.
Немецкая овчарка по кличке Чанг тут же радостно закрутила
хвостом, предлагая свои услуги.
Через несколько минут собака вольготно расположилась на заднем
сиденье, чего никогда в жизни не разрешалось.
У товарища я пробыл четверть часа и спустился к машине с
«халявным» стеклом. Но сколько ни старался засунуть его в
багажник, — оно не вмещалось. Пришлось стекло и Чанга поменять
местами. Крупная голова, шея и чуть ли не половина туловища
немецкой овчарки сразу оказались на улице. «Только бы не цапнул
какого-нибудь прохожего», — подумал я, зная о том, что Чанг
просто негодовал, когда к машине приближались незнакомые люди.
На морозном воздухе заработали две выхлопные трубы: одна под
задним бампером автомобиля, другая — не менее мощная струя пара —
извергалась из пасти собаки. Чанг гордо сидел в багажнике и с
подозрением разглядывал все происходящее вокруг автомобиля.
Надо сказать, что пешеходы, когда мы останавливались на
красный, заметив собаку, вели себя благоразумно и обходили нашу
машину на приличном расстоянии. Другое дело водители. Заметив
мощный торс Чанга, заполнивший проем разбитого окна, они
останавливались в нескольких сантиметрах от нашей девятки, тыкали
пальцами, улыбались, показывали мне большой палец, словно одобряя
идею с таким великолепным охранником.
«Только бы кто-нибудь из самых увлеченных не въехал мне в
задок», — думал я. Но все обошлось.
Когда выехали на набережную, я облегченно вздохнул:
пешеходных дорожек и светофоров больше не предвиделось. Но,
подъезжая к дому, увидел, как сбоку замахал жезлом инспектор
дорожной службы. «Боже мой!» — воскликнул я, принял вправо и
резко нажал на педаль тормоза, отлично понимая, что во что бы то
ни стало остановиться нужно перед инспектором. Иначе, зная
непочтительность Чанга к людям в милицейской форме, можно было
нарваться на неприятность.
Мне это удалось. Машина остановилась буквально в трех метрах
от стража дорог. Но не успел я заглушить двигатель и открыть
дверь, как инспектор ни с того ни с сего устремился к заднему
бамперу. Дальше я только почувствовал, как мощный толчок от
прыжка овчарки потряс корпус автомобиля, и в то же мгновение
раздался крик инспектора. Собака выполнила все, чему ее учили, —
перехватила руку с жезлом, которым милиционер непринужденно
размахивал.
Я отдаю дань модельерам, которые разработали для постовых
милиционеров теплую и прочную зимнюю одежду. Клок куртки
инспектора в районе локтя был вырван. Но до человеческой плоти
зубы собаки так и не добрались.
— Что же он у тебя такой невоспитанный? — с обидой спрашивал
меня дэпээсник. — И собаке закон нужно уважать!
— Вы бы меньше своей палкой размахивали. А так он все законы
уважает, — ответил я и добавил: — Кроме дорожного. Понимает, что
если хозяина оштрафуют, то на эту сумму он лишится костей и мяса.
Милиционер миролюбиво улыбнулся и отдал права. Дело обошлось
без штрафов. Правда, принуждал дать взятку. Борзым щенком. От
будущего помета. Оказалось, что всю жизнь мечтал иметь немецкую
овчарку…
Ну отчего же и не дать?
Делать нечего, один из друзей, Витек, демонтировал двигатель и
принялся за ремонт. Славка же решил взять работников
автоинспекции нахрапом. Лишь обратился к товарищу с просьбой:
мол, ты, Витек, все равно без двигателя стоишь, так дал бы мне
на время свой трамблер, моторчик стеклоочистителя, реле показа
поворотов и весь карбюратор в сборе. Ну разве настоящий друг
откажет в просьбе?
Накануне дня техосмотра мы помогли нашему авантюристу
установить все детали на его «баклажан», и, когда семерка
завелась и даже как новенькая заурчала, он сходил в магазин и в
знак благодарности за помощь купил бутылку водки и сто граммов
карамели. Да черт с ней, карамелью! Но бутылка была емкостью
всего лишь 380 граммов! Это на троих-то здоровых мужиков! Да за
такое сильно бьют или строго наказывают.
И решили мы нашего авантюриста проучить.
Утром я тянул на тросе к месту проведения техосмотра «семерку»
без двигателя. Издалека мы увидели машину Славки. Пока наш
обидчик сидел в помещении ДПС, важно было не мешкать.
Славкину «семерку» мы загнали во двор соседнего дома, а на ее
место поставили машину Витьки. Оставалось только найти для себя
место поукромнее, но с обширной видимостью, чтобы наблюдать за
представлением. Мы взобрались на небольшой косогор и разместились
на лавочке. Сверху было хорошо видно всю площадку, на которой
проводился техосмотр.
Через несколько минут мы увидели, как Славка чуть ли не
волоком тащил инспектора за рукав к «своей» ласточке. Было даже
слышно, как он увещевал милиционера:
— Машина только что прошла капитальный ремонт и работает как
часы.
Старший лейтенант лишь равнодушно кивал в ответ. По его лицу
прекрасно можно было прочесть, что ему все равно, как работает
чужой автомобиль.
Они подошли к «семерке», инспектор снял фуражку, почесал
макушку и тяжело вздохнул:
— Аптечка есть?
— А как же без аптечки? — сделал удивленное лицо Славка.
— Огнетушитель?
— Есть.
— Знак аварийной остановки?
— Сейчас покажу, — метнулся наш товарищ к багажнику.
— Верю, — махнул рукой в его сторону инспектор и без всякой
интонации в голосе попросил: — Открой капот.
Славка шмыгнул в машину и нажал на рычажок. Инспектор сам
поднял крышку и заглянул туда, где, по его мнению, должно было
находиться сердце машины. Оцепенел он всего лишь на несколько
секунд, но полное равнодушие с его лица так и не исчезло.
— Заводить? — спросил Славка, выглянув из окна.
— Не стоит, — махнул рукой старший лейтенант и впервые
оценивающе посмотрел на Славку. — Сколько?
— Пять лет, — ответил наш товарищ.
— Я не про срок спрашиваю…
— А-а-а, — понимающе улыбнулся Славка. — Сколько пробежала?
Сто…
— Годится, — кивнул инспектор и хлопнул крышкой капота. — Гони
сто баксов и получишь талон техосмотра.
Улыбка с лица Славки тут же улетучилась.
— А сбавить никак нельзя? Ведь работает же! Как часы!
— Ты с ума сошел, парень, — не выражая эмоций, ответил
инспектор и направился в сторону управления.
Витек схватился за живот и, давясь от смеха, грохнулся с
лавочки. Я заткнул ему рот рукой. Все-таки хотелось видеть, как
обескураженный Славка станет заводить машину.
А тот не заставил ждать. В отчаянии стукнул кулаком по баранке
и резким движением сунул ключ в замок зажигания. Хорошо было
видно, как через минуту выскочил он из машины и поднял крышку
капота. Надо было видеть его глаза!
Глядя на это представление, Витек снова грохнулся на траву и
заревел как сивуч. От смеха меня тоже била нервная дрожь, и глаза
покраснели от слез.
Наконец Славка понял, в чем дело. Он озирался по сторонам в
надежде отыскать шутников.
А техосмотр он все-таки в тот же день прошел. Только
инспектору пришлось дать сто рублей. В качестве компенсации за
моральный ущерб. Хорошо, что парень оказался одним из немногих
дэпээсников, кто ценил и понимал юмор. Не в ущерб себе,
конечно…
ЗА РЕЗИНКАМИ Я его метров за двести заметил. Он стоял посреди
дороги на перекрестке между Ленинградским шоссе и Беговой и
обреченно семафорил аварийными мигалками. Округленные бока,
массивная, как у дородной, но знающей себе цену женщины задница,
отблеск уличных фонарей в затемненных окнах… Редкие,
припозднившиеся автомобили огибали его и на призывы водителя
остановиться даже не сбавляли скорости.
— Рыжий! — не своим голосом завопил я в ухо своему товарищу-
пассажиру. — Смотри, шестисотый сломался!
Рыжий сощурил глаза и, насколько позволял ремень безопасности,
приник к лобовому стеклу нашей «копейки»:
— Не может быть! Шестисотые не ломаются…
Я сбавил скорость и смахнул пот со лба:
— Вот дурило! Ну так что же он тогда раскорячился посреди
дороги? Хозяева таких машин остановок не терпят. Вон и водила
машет руками и бегает вокруг, — я чуть было не подпрыгнул от
счастья. — Буксировочный трос у меня есть. Сейчас дотащим его до
гаража и заработаем кучу бабок. Эти люди умеют отблагодарить!
— Сомневаюсь, — ответил Рыжий. — Давай лучше проедем мимо.
Мало ли что!
«Болван, — подумал я, — разве можно отказываться, когда деньги
сами плывут в твой карман?» Мы плавно обогнули «шестисотый» с
левой стороны и остановились в трех метрах от массивного бампера
германского производства.
— Трос есть? — деловито осведомился я, вылезая из своей
«копейки».
— Какой трос? — недоуменно спросил подошедший ко мне водитель
«мерина».
— Буксировочный, — простецки ответил я, уже наслышавшись о
том, что владельцы и водители дорогих иномарок порой даже не
знают, как открывается капот машины.
— Зачем мне буксировочный? — пожал плечами водила.
— А что же тебе тогда нужно? — теперь уже настала моя очередь
удивляться.
— Резинка…
— Прокладка, что ли? Какая?
Шофер «мерса» посмотрел на меня, как на круглого идиота, и
махнул рукой в сторону Беговой:
— Езжай, парень…
Я и не подумал повиноваться:
— Ты скажи, и я тебе привезу любую резинку.
Он еще раз оценивающе оглядел меня и наконец поманил пальцем к
себе.
— Вот тебе стольник. Гони в ближайшую дежурную аптеку или к
станции метро и привези упаковку презервативов. На все про все
тебе — десять минут. Одно колесо здесь, другое там.
До метро «Динамо» было рукой подать. И с «боевым» заданием я
управился в срок. Через десять минут хрустящая купюра
достоинством в двадцать долларов лежала в моем кармане.
Водила «шестисотого» дружески улыбнулся:
— Шеф у меня чудак. Приспичило ему посреди дороги. А резинок
нет…
Больше он ничего не стал пояснять, надеясь на мою
сообразительность…

Запись опубликована автором в рубрике News.